Пьеса для театра теней
Фонарщик выходит и говорит
Это пьеса для теней!
Значит, лишь игра с тенями!
Так не придирайтесь к ней!
А скучать вам не придётся:
Чуть начнём — уже конец.
Мало масла в фонаре,
Так что может не хватить
Нашим зрителям учёным
Освещенья с просвещеньем!
Уходит.
= = = = = = =
* Для понятливых необходимо пояснить, что эта пьеса — исключительно юмористическая и что, хотя автор задействовал в ней духов, это было сделано с полной верой в них с его стороны и со всем уважением к ним. (Примечание Кернера.)
= = = = = = =
Появляется дикая местность в горах, со скалами из песчаника и еловым лесом. Лунная ночь в мае. Чёрт сидит внизу на глыбе песчаника, над ним в воздухе реет хор ведьм.
Голоса в воздухе кричат
Ночь Вальбурги наступила!
На козлах летим, на вилах,
На метёлках проплываем
Над скалою, над ущельем;
Самой жуткой высоты
Не боимся, так легки мы!
Славно! И луна не спит!
Чёрт (кричит)
Эй вы там, не напорхались?
Живо вниз, хозяин ждёт!
Голоса ведьм ближе
Эй, сюда!
Другие голоса ведьм совсем близко
Скорее вниз!
Все ведьмы падая ниц перед чёртом, говорят
Честь и слава власти ада!
Чёрт говорит
Вас приветствует хозяин!
Доложите, расскажите,
Как ему вы послужили!
Хор ведьм кричит
Славься, царь исчадий ада!
Первая ведьма встаёт и говорит
Градом и дождём обильным
Я посевы погубила.
Чёрт говорит
Ты хозяину угодна!
Вторая ведьма говорит
В виде кошки я шныряла
Скрытыми путями всюду,
Многих тихо придушила,
Но вокруг детей сиянье
К ним меня не подпускало.
Чёрт говорит
Впредь тебе пусть не мешает
Этот свет давить детей.
Третья ведьма говорит
Оседлала я корову,
Ездила на ней, душила,
Не помог ни поп, ни знахарь —
До утра не дожила.
Чёрт говорит
Действуй дальше в том же духе.
Четвёртая ведьма говорит
Я из маленькой часовни
С хоров унесла просфорки;
Ты словцо скажи над ними,
Напусти на них проклятье,
Я подброшу их обратно —
Полюбуешься, как славно
С них распучит дураков.
Чёрт говорит
Браво! Дай мне их скорей.
Пятая ведьма говорит
Привела к тебе я внучек,
И они твои навеки.
Вышколены все отлично:
Ловко на метле летают,
Силы пробуют в искусстве.
Им пора проклясть крещенье
И тебе как высшей силе
Навсегда теперь предаться.
Чёрт говорит
Это блюдо мне по вкусу.
Больше всех тебя хвалю я!
Что ж, ура! За мной летите,
Я под виселицей старой
Совершу обряд над ними!
К танцам и вину! За мной!
Они снимаются с места и улетают с диким криком.
Появляется дух рыцаря в рыцарской одежде, за ним следует отшельник. На освещённом луною месте в глубине сцены виднеются несколько домов и башня.
Отшельник говорит
За тобой сюда пришёл я,
Бледный дух! с тоской и страхом.
Говори, чего ты хочешь?
Почему к земле прикован?
Дух говорит
Не дождаться мне покоя!
Посмотри на эту башню:
В кладке спрятаны останки,
И они меня, о горе!
Держат, тянут, не пускают.
Добрую жену, проклятый,
Я убил и по кусочку
Тут и там заделал в стены,
Чтоб меня в убийстве башня
Не смогла изобличить.
Обречён я в наказанье
Рядом с ней бродить, покуда
Не доест до основанья
Время всех её камней;
Но несокрушима башня,
А останки с ней срослись.
Хоть бы башня развалилась,
О, тогда бы наконец-то,
Бремя сбросив, я взлетел!
Отшельник говорит
Так раскаяньем исполнись
И со мною помолись!
Дух говорит
Ах, я не могу молиться,
Дара этого лишён я
Был до самого конца.
Помолись, благочестивый,
Сам, чтоб дали мне покой!
Отшельник говорит
Бедный дух! Какие муки
Несказанные ты вынес,
Не способный из юдоли
В мир иной перенестись,
Медля столько лет на месте
Совершённого греха!
Милосердному Иисусу
За тебя я помолюсь,
Чтобы милость и спасенье
Он тебе, несчастный, дал.
Дух улетает, подобно блуждающему огоньку, к башне. — Отшельник уходит в свою хижину.
Лесистая долина среди скал. Ночь.
Беглый портняжка с мешком на плечах крадётся через кусты. Развязывает мешок, из него выпадают напёрстки, ножницы, утюг и другие инструменты, а также отрезы разных тканей; луна прячется.
Портняжка говорит
Ножницы, утюг, напёрстки,
Всякие отрезы ткани,
Сэкономленные мною
(Это кражей называют),
Спрячу в эту щель, пожалуй.
Заталкивает предметы в щель между скалами.
Здесь я в целости найду их,
Как постранствую по миру,
Нагуляюсь и вернусь.
Ночь-то мрачная какая!
Ночь, ты мне напоминаешь
Чернотой те одеянья,
Что скроил я тесновато
Для поповских животов.
Душно мне; какая темень!
Ой! что лезет на меня
Из того угла глухого?
Нос ли приора там рдеет,
Вынюхать меня стараясь?
Скрой меня скорей, крушина!
Он прячется в куст, несколько светлячков подлетают поближе.
Ой! как близко!
Светлячки пролетают мимо него.
Нет, ушёл. —
Мой кулак не приглянулся!
Видит на земле светлячков.
Может, червячки светились,
А не красноносый приор?
Это лучше. — Прочь, на волю
Из-под чёрной рясы ночи!
То идёт вперёд, то отступает.
Что за мерзостная рожа
Надо мной, грозя, нависла?
Тьфу ты! Дух! — Не верит в духов,
Кто для лиц духовных шьёт.
Но, впотьмах на дело глядя,
Вижу: ясности в нём нет.
И глаза-то как стекляшки,
И сопит мохнатым носом…
И рога…
У него меж ног проскакивает заяц.
Кой чёрт! Косой!
Идёт дальше и снова возвращается.
Не деревья, а бандиты
Взяли там меня на мушку;
Да, не ветки там, а ружья!
Выглядывает яркая луна.
Слава Богу, это ветки!
Садится.
Отдохните, резвы ножки,
Вы мне верно послужили.
Луна выходит и светит ярко, как солнце.
Эх! Сейчас хоть ад откройся,
Чёрта выпусти наружу —
Я один его скрутил бы.
Одна из скал разверзается; через ворота показывается ад, впереди стоит чёрт; портняжка падает на колени.
Смилуйся, о царь! Я бредил!
Я солдат, сюда явился,
Самовольно часть оставив,
Среди скал искать твой замок,
Чтоб попасть к тебе на службу.
Чёрт говорит
Ты солдат? А ну, ругнись-ка!
Портняжка говорит
Провались земля и небо!
Проклят будь, кто в прах вернулся!
Проклят будь, кто не родился!
Всем летающим проклятье!
Всем живущим под водою!
Все миры я проклинаю,
В ад пускай все разом рухнут
И твоей добычей станут!
Чёрт говорит
Что ж, солидно; я доволен.
Как тебя назвали, кстати?
Портняжка говорит
Царь, меня зовут Ханс Петер.
Чёрт говорит
Плохо! Слишком тривиально.
Будешь зваться ты отныне
Шкурой и медвежью шкуру
Для наглядности носить —
Плащ и бурый, и косматый;
Накидывает на него медвежью шкуру
Имена святых не сможешь
Поминать, мой подмастерье,
Спать на чём-то кроме шкуры,
Ты не смеешь мыться, бриться,
Стричь хоть волосы, хоть ногти,
Должен блох и вшей лелеять,
Нос ни разу не прочистишь
И ни разу не посмеешь
Попросить рубашки чистой.
Портняжка говорит
Царь, я ничего такого
И не делал никогда.
Чёрт говорит
А потом, как срок твой выйдет,
Сразу рыцарем ты станешь,
Вскорости Руно[2] получишь
И венец к нему впридачу.
Портняжка говорит
Царь, слова твои приятны,
Я о том мечтал мальчишкой.
Чёрт хватает его и говорит
А теперь держись! придётся
Нам пройти вон в те ворота.
Пролетает с ним через ворота в скалах, которые за ними смыкаются.
Более редкий лес. На дороге, ведущей в Зальцбад[3], появляется карета, из неё выходят г-н Бухшильд, антиквар из города, и его семнадцатилетняя дочь Роза[4].
Бухшильд ещё наполовину в карете, говорит
Здесь давай пешком пройдёмся:
Ты нарвёшь себе цветочков,
Впереди крутые горки,
Сивкам надо отдышаться.
Они вышли.
Впереди счета покруче
Всяких горок, уж они-то
Укатают мой карман!
Как ни жмись, богат не станешь.
Антикварная торговля
Понемногу умирает.
Что скрывать, люблю картины,
Горько, если нет им сбыта;
Из-за книг не так страдаю:
Я на них теряю меньше.
Не хотел на воды ехать,
Но ведь шея дальше пухнет;
Аллопаты с ней возились,
А потом гомеопаты —
Все сапожники, ей-богу.
Эх, Зальцбад, вода за деньги,
Ты промоешь мне карман!
Для тебя, дитя, стараюсь:
Хуже зоба эта бледность,
Эта странная тревожность,
И во сне ты говоришь.
Что с тобой, скажи скорее,
Чтобы кучер не слыхал.
Роза говорит
Да, отец, с тех пор мне страшно,
Как ко мне приходит призрак,
В полночь будит и пугает
Чуть не до смерти меня.
Стонет он и сипло шепчет:
«Встань! Спаси! Дай мне покой!»
И рассказывает долго
И подробно про убийство,
Что в Зальцбаде совершил он,
И про башню, и про кости;
Мол, прощенье он получит,
Если башню уничтожат.
Злится призрак и грозится:
«Ты одна помочь мне можешь:
Пусть отец твой, гадкий скряга,
Купит камни этой башни,
Чтобы склад для книг построить,
И немедленно притом.
Уломай его, как хочешь;
А не то к тебе я влезу
И в желудок, и в кишечник,
Стану из тебя ругаться
Непотребными словами!»
Бухшильд говорит
Детка, полно завираться,
Что за глупые причуды!
Медиум! Побойся Бога!
Ты же всех нас опозоришь!
Я сейчас свалюсь без чувств!
Тьфу! Сомнамбула! Но скоро
Мы окажемся в Зальцбаде,
И вода тебя излечит.
Полезай скорей в карету!
И кончай мечтать о духах,
А не то получишь взбучку.
Кум, останови-ка сивок! —
Всем мозги запудрил Кернер![5]
Они садятся в почтовую карету, кучер трубит в рожок и увозит их.
= = = = = = =
[1] Шкура — Bärenhäuter, персонаж народной сказки. Чёрт напустил медведя на отставного солдата, а когда солдат застрелил зверя, подарил ему шкуру и предложил в обмен на оплату любых расходов семь лет прожить в ней безо всякой гигиены и без молитвы с условием, что если в течение этого срока солдат умрёт, то достанется чёрту. Солдат делал людям добро и просил других за него молиться, таким образом не лишился ни расположения людей, ни царствия небесного. По истечении семи лет он привёл себя в порядок и женился на красавице.
Прозвище Bärenhäuter носил один из друзей Кернера (Георг или Кристоф Егер).
[2] То есть тоже шкуру, но овечью. Автор имеет в виду орден Золотого Руна, которым жаловали Габсбурги — императорский дом со средних веков до 1806 г. Работа над пьесой начата в 1811 г. Чёрт обещает портняжке карьеру при дворе в Вене с перспективой стать курфюрстом. Это можно понять как сатирический намёк на карьеру тогдашнего государя Вюртемберга, для которого Наполеон за помощь Франции сначала добился у императора статуса курфюрста, а затем сделал его королём, причём сильно расширил его владения. Новоиспечённый король был на ножах с сословным представительством своих исконных земель, а в новых правил как абсолютный монарх, чем подданные были недовольны. Страстным защитником прав сословного представительства был Л. Уланд, друг Кернера, приветствовавший пьесу «Шкура на водах». — Окончательная редакция пьесы относится к 1835 г., когда любому портняжке было ясно, что старый режим не вернётся.
[3] Прототип Зальцбада — Вильдбад, курортный город, в котором одно время жил Кернер.
[4] Возможный прототип Розы — Роза Мария Фарнхаген, с которой Кернер познакомился в конце мая 1809 г. в Гамбурге.
[5] Книга, которой Кернер «запудрил мозги» читающей публике — «Провидица из Префорста», см. примечание 7.
Комментариев нет:
Отправить комментарий