H. Kleist. Семья Шроффенштайн*. 1

* Перепёрто самостоятельно, ничей копирайт не пострадал.

Трагедия в пяти актах

Действующие лица

Руперт, граф фон Шроффенштайн, из дома Росиц

Эсташ, его супруга

Оттокар, их сын

Йоханн, внебрачный сын Руперта

Сильвиус, граф фон Шроффенштайн, из дома Варванд

Сильвестр, его сын, правящий граф

Гертруда, супруга Сильвестра, сводная сестра Эсташ

Агнес, их дочь

Йеронимус фон Шроффенштайн, из дома Вик

Альдёберн, Сантинг и Финтенринг, вассалы Руперта

Тайстинер, вассал Сильвестра

Урсула, вдова могильщика

Барнаба, её дочь

Камеристка Эсташ

Церковный фогт [1]

= = = = = = =

[1] Светский управляющий церкви.

= = = = = = =

Садовник

Два странника

Рыцари, духовные лица, челядь

Действие происходит в Швабии.

Первое действие

Явление первое

Росиц. Внутренность часовни. Гроб стоит посередине; вокруг него Руперт, Эсташ, Оттокар, Йеронимус, рыцари, духовные лица, челядь и хор юношей и девушек. Месса только что кончилась.

Хор девушек под музыку

Весь в сиянье,

С горних высей

Чистый ангел слетел весной,

Вероломно

В землю втоптан

Был он наглой ногой врага.

Хор юношей

Бездны мира трон твой осеняют,

Звёзды твоё царство охраняют,

Ты велел — и люди исполняют:

Мы клянёмся мстить! клянёмся мстить!

Хор девушек

И, повержен,

Он с укором

На бессовестного взглянул;

Ждал он, крошка,

Ждал он ласки.

Нож убийцы ответом стал.

Хор юношей как выше.

Хор девушек

Здесь в гробу он

Мирно ручки

Окровавленные сложил,

За врага он

Бога просит.

Вызывающе враг молчит.

Хор юношей как выше.

Пока музыка доигрывает, семья и её челядь приближаются к алтарю.

Руперт

Здесь, на святых дарах, клянусь я мстить

Семье Сильвестра, графа Шроффенштайн.

Причащается.

Сын, твой черёд.

Оттокар

Мой окрылённый дух

Возносит к Богу этот приговор.

Как ты, я отомстить клянусь.

Руперт

Но имя,

Сын, имя назови.

Оттокар

Я мстить клянусь

Сильвестру Шроффенштайн!

Руперт

Не то, не то.

Такие приговоры слышит Бог

И в каждом слове молнию рождает.

Взвесь хорошенько. — Не Сильвестру мстить

Клянись, а всей его семье, тогда

Не ошибёшься.

Оттокар

Мстить семье убийц,

Семье Сильвестра я клянусь!

Принимает причастие.

Руперт

Эсташ,

На очереди ты.

Эсташ

О, пощади,

Я женщина —

Руперт

Убитому ты мать.

Эсташ

Бог мой! Нам, женщинам — как мстить?

Руперт

А в мыслях. Удави их молитвой.

Она принимает причастие.

Руперт ведёт Эсташ на авансцену. Все следуют за ними.

Руперт

Эсташ, я знаю, мстители — мужчины,

Вы у природы плакальщицы. Но

О ней ни слова больше.

Она — очаровательная сказка,

Которую твердят поэты-няньки

Над люлькой человечества. Доверье,

Невинность, честность, Божий страх — как звери,

Умеющие говорить. — Конец

Священным кровным узам, и кинжал

Друг другу в грудь нацеливают братья,

Одним отцом зачатые. Смотри,

Простейшее сочувствие к младенцу,

И то угасло. Говорят, волчица

Людей вскормила молоком, а лев

Единственного пощадил ребёнка

У матери. — Похоже, Оттокар

В дядья возьмёт медведя. Раз уж всё

Теперь наоборот, раз обменялись

Природой люди со зверями, пусть

И женщина свою природу сменит:

Пусть выбросит брильянт любви ненужной

Из сердца, заместив его стеклом

На амальгаме ненависти. —

Мы

Пока что выполним свою работу.

Вы, ленники, мне быстро соберёте

Из всех, кто жизнью дорожит — мужчин,

Детей и женщин — ополченье, ведь

Не честная открытая война

Нас ждёт, а лишь охота, как на змей.

Нам надо щель в скале законопатить

И уморить их дымом в их гнезде —

— А трупы бросить, чтобы вечно вонь

Держала племя их на отдаленье,

Чтоб яйца не откладывали там.

Эсташ

Будь сдержаннее, Руперт! Оскорбленье

Опасно тем, что сразу отнимает

Способность трезво взвесить даже месть

И сеет в оскорблённом сердце ярость,

Чтоб этот друг врага на нас восстал. —

Ты, ослеплённый болью, попадёшь

В силки Сильвестра, если он тебе

Расставил их. — По крайней мере, может,

Усобицу отсрочишь, всё проверишь?

Я не удерживаю руку мести,

А лишь хочу, чтоб точен был удар.

Руперт

Не мстить за Петера, так, что ли? Ждать,

Когда за Оттокара, за тебя

Придётся мстить — Альдёберн! Поезжай

К ним в замок, объяви, что кончен мир.

— Но мягко так не говори, как я,

Такими плоскими словами, слышишь? —

Скажи, я эшафот ему построю

На месте Варванда. — Нет, умоляю,

Не говори так вяло — передай:

Мне кровь его и кровь его ребёнка

Нужна, ты слышишь? И его ребёнка.

Закрывает лицо; уходит с челядью, остаются Оттокар и Йеронимус.

Йеронимус

Граф, на два слова.

Оттокар

Это ты, Жером?

Добро пожаловать! Мы все в делах,

Как видишь; по себе пригнать доспехи

Едва успею. — Ну, что скажешь?

Йеронимус

Я

Из Варванда.

Оттокар

Из Варванда? И что же?

Йеронимус

Клянусь своей присягой, я за них.

Оттокар

Ты? За Сильвестра?

Йеронимус

Никогда никто

Так сгоряча, с безбожным безрассудством

Усобицы не начинал, как вы.

Оттокар

Ты должен объясниться.

Йеронимус

Это ты,

Я думаю, обязан объясниться.

Здесь меж скамеек я сейчас стоял,

Как ротозей перед факиром.

Оттокар

Как?

Ты ничего не знаешь?

Йеронимус

Говорю:

Я прямиком из Варванда, Сильвестр —

Здесь вами названный детоубийцей —

Бьёт мух, жужжащих над его дочуркой.

Оттокар

А, вот что. — И, однако, всем известно,

Там дорожат тобой, и другом звали

Они тебя всегда, а значит, должен

Ты быть осведомлён об их путях.

Ты, говорят, посватался к их дочке —

Не видел сам, но красоту её

Другие хвалят! Ты не прогадал. —

Йеронимус

Ты что имел в виду?

Оттокар

Что раз уж ты —

Йеронимус

Оставь, я сам могу перевести.

Ты думаешь, раз ценную рыбёшку

Завидел я, но падалью она

Питается, я честь свою убью,

Труп на крючок повешу, как приманку,

Чтоб удовольствие поймать —

Оттокар

Давай

Начистоту, Жером! Нас редким счастьем

Бог одарил — толпу своих врагов,

Как круглое число, увидеть ясно.

Яд в слове «Варванд» заключён, как в склянке;

Поскольку мы спешим, да и не время

Копаться, отделяя от него

С трудом сомнительную каплю сока,

То скажем кратко: ты стоишь за Варванд.

Йеронимус

Да, правильно, клянусь своей присягой.

Меж семьями я выбора не делал;

Теперь, коли на то пошло, приму

Решенье тут же. И учти: промчусь

По замкам горным, возмущу сердца

И чувство правды, где его найду,

К оружью призову, чтоб отомстить

За оклеветанного.

Оттокар

Чувство правды!

Чеканщик ты фальшивых чувств! Никто

На блеск их внешний не польстится; люди

По звону их разоблачат, прибьют

Твои слова на дверь, острастки ради. —

Да, чувство правды! — Будто есть другое

В другой груди, чем это! Ты считаешь,

Что если б я считал его невинным,

То, даже против своего отца,

Не встал бы за него горой? Глупец,

Скажи, как мог бы радовать меня

Полученный вчера и освящённый

Для мести Варванду вот этот меч? —

Но хватит, всё равно ты не поймёшь.

Короче: больше, думаю, сказать

Нам нечего друг другу?

Йеронимус

— Нет.

Оттокар

Прощай!

Йеронимус

Оттокар!

Как ты считаешь? Дал мне оплеуху,

А я прошу со мной поговорить —

Как ты считаешь, я подлец?

Оттокар

Вон гроб,

Встань рядом с ним — узнаешь.

Оттокар уходит. Йеронимус борется с собой, хочет пойти за ним, потом замечает церковного фогта.

Йеронимус

Эй, старик!

Церковный фогт

Да, господин!

Йеронимус

Скажи-ка, мы знакомы?

Церковный фогт

Ты здесь бывал?

Йеронимус

Нет.

Церковный фогт

Э, как фогту знать

Все имена людей вне этой церкви?

Йеронимус

Ты прав. Я по пути сюда заехал

И вижу: в трауре и в горе все.

Поверить трудно — утверждают люди,

Что этот мальчик дядей был убит.

Ты человек, которого мы к черни

Не причисляем, слышащий порой,

Возможно, речи высших лиц. Будь добр,

Всё, что тебе известно, изложи

По очереди, в правильном порядке.

Церковный фогт

Охотно, господин. Два графских дома,

Варванд и Росиц, связаны друг с другом

Старинным договором, он гласит,

Что если вымрет полностью один,

Второй получит все его владенья.

Йеронимус

Старик, поближе к делу! Договор

Не связан с ним.

Церковный фогт

Э, господин, напротив;

Скажи ещё, что яблоко никак

Не связано с грехопаденьем.

Йеронимус

Ладно,

Тогда рассказывай.

Церковный фогт

Рассказываю! Чуть

Наш нынешний хозяин начал править,

Как заболел. Два дня он пролежал,

Не приходя в сознанье; все считали

Его покойником, и граф Сильвестр,

Наследник, заявил свои права,

А тут наш добрый господин вдруг ожил.

И смерть его едва ли больше горя

Могла бы вызвать в замке Варванд, чем

Плохая новость о выздоровленье.

Йеронимус

Кто рассказал тебе?

Церковный фогт

Боюсь соврать,

Уж двадцать лет прошло.

Йеронимус

Так, продолжай.

Церковный фогт

Да, господин. С тех пор Сильвестр всегда

Поглядывал на здешние владенья,

Как кот на кость, которую грызёт

Собака.

Йеронимус

Неужели!

Церковный фогт

Каждый раз,

Как у хозяина рождался юнкер,

Сильвестр бледнел.

Йеронимус

Да ну?

Церковный фогт

Так говорят,

И раз всё ожиданье и терпенье

Пошло насмарку, мальчики росли,

Цвели, как тополя, он взял топор

И втихаря срубил один — в гробу

Лежит он, видите, девятилетний.

Йеронимус

Скажи теперь, как это с ним случилось.

Церковный фогт

Рассказываю, господин. Представь,

Что ты граф Руперт и пошёл однажды

Гулять под вечер в горы, далеко;

Теперь представь, что вдруг находишь там

Своё дитя убитым, рядом с ним

Два воина с кровавыми ножами,

Из Варванда. Да ты достанешь меч

И враз их порешишь.

Йеронимус

Так сделал Руперт?

Церковный фогт

Один остался жив, мой господин,

Он и признался.

Йеронимус

Он признался?

Церковный фогт

Да,

Вот так всё прямо выложил.

Йеронимус

И в чём же

Признался он?

Церковный фогт

Что нанят был Сильвестром,

И тот ему убийство оплатил.

Йеронимус

Ты это слышал сам? И от него?

Церковный фогт

Он сам сказал, я слышал, господин,

И слышал весь народ.

Йеронимус

Вот чертовщина! —

Давай подробней. Как признал?

Церковный фогт

Под пыткой.

Йеронимус

Под пыткой? Повтори его слова.

Церковный фогт

Вообще-то я расслышал, господин,

Всего одно. Когда его пытали

У нас на рынке, собралась толпа,

И в шуме рёв его тонул.

Йеронимус

Одно,

Сказал ты; назови мне это слово.

Церковный фогт

Единственное слово, господин:

Сильвестр.

Йеронимус

Сильвестр! — — И что же было дальше?

Церковный фогт

Всё, господин. Признавшись, вскоре он

Преставился.

Йеронимус

А больше ничего

Не знаешь?

Церковный фогт

Ничего, мой господин.

Йеронимус неподвижно размышляет.

Слуга входит

Здесь граф не проходил?

Йеронимус

Ты ищешь графа?

Пойдём-ка вместе.

Все уходят. Оттокар и Йоханн входят с другой стороны.

Оттокар

Это покрывало

Откуда у тебя? Неужто правда —

Ну, говори — что значат эти слёзы,

Волненье? Матерь Божья привела

Тебя в такой восторг?

Йоханн

О господин —

Я мимо шёл, и образ вдруг позвал,

И на колени броситься заставил.

Оттокар

А покрывало у тебя откуда?

Выкладывай.

Йоханн

Я говорю: нашёл.

Оттокар

Где?

Йоханн

У креста в долине.

Оттокар

И не знаешь,

Кто потерял его?

Йоханн

— Нет.

Оттокар

Ну и ладно.

Не важно — но тебе в нём пользы чуть,

Поэтому держи взамен кольцо.

Йоханн

Взамен —? О господин, ты что? Да разве

Я найденное стану продавать?

Оттокар

Как хочешь. Я всегда тебя любил

И награжу тебя, как ты желаешь.

Целует его и хочет уйти.

Йоханн

Мой добрый господин — возьми другое,

Всё, что захочешь, жизнь мою возьми. —

Оттокар

Да ты чудишь.

Йоханн

Ты с покрывалом жизнь

Мою отнимешь. Это память мига,

Когда меня спасеньем, благодатью

Бог наделил и вечности сподобил.

Оттокар

Действительно? — Так это не находка?

Подарок? Верно? Ну же, отвечай.

Йоханн

Отец твой пять недель тому назад —

Нет, завтра будет пять недель — повёл

Всех верховых охотников в леса.

И конная толпа с горы рванула

Дугой, как ус китовый, на простор.

Мой конь, дичок, стервец, осатанел

От хлопанья плетей, рогов трубящих,

От лая псов и обгоняет всех,

И твоего отца, что впереди,

На голову обходит — за узду

Тяну я с силой; он, как будто я

Его пришпорил, тут-то и сорвался,

Как с тетивы стрела — летит на волю,

Я вправо заставляю повернуть,

В лес заповедный, в гору; по пятам

Приходится мне следовать за взглядом,

И вот, едва сообразив, что вижу,

С обрыва в реку рухнул я с конём. —

Оттока

Ну, слава Богу, я перед собой

Тебя на суше вижу. Кто же спас

Тебя?

Йоханн

Кто, спрашиваешь? Ах, как словом

Одним назвать! Я не смогу ответить

Так, чтоб ты понял; голая девица.

Оттокар

Что? Голая?

Йоханн

Сияла, как богиня,

Из вод восставшая. Конечно, я

Лишь мельком красоту её увидел:

Когда ко мне вернулся свет очей,

Она закуталась. —

Оттокар

Ну?

Йоханн

Ах, в одежде

Всё ангелом казалась: подошла

И ангельское дело совершила —

Приподняла меня и с головы

Сняла поспешно покрывало, чтобы

Кровь, заливавшую меня, унять.

Оттокар

Счастливец!

Йоханн

Я сидел не шелохнувшись,

Как голубь у ребёнка в кулаке.

Оттокар

Сказала что-то?

Йоханн

Голос у неё,

Как пение колоколов; спросила,

Трудясь, кто я, откуда; — испугалась,

Узнав, что я из Росица.

Оттокар

Неужто?

Но почему?

Йоханн

Бог знает. Покрывало,

Управившись, на мне забыла в спешке

И скрылась.

Оттокар

Не сказала, как её

Зовут?

Йоханн

Просил и умолял — и всё

Напрасно.

Оттокар

Да, не скажет ни за что.

Йоханн

Ты разве с ней знаком?

Оттокар

Знаком ли я?

Ты, глупый, думаешь, что солнце светит

Лишь для тебя?

Йоханн

О чём ты? — Имя тоже

Тебе известно?

Оттокар

Нет, и успокойся.

Она его не говорит и мне,

Грозит, что если вызнаем его,

Она рассердится. А значит, мы

Поступим, как угодно ей. Нам, людям,

Проникнуть в тайны ангелов нельзя.

Давай-ка лучше имя ей дадим,

Как с ангелами люди поступают.

Пусть та, что богоматери подобна,

Зовётся, как она — для нас одних;

Ты скажешь в разговоре мне «Мария»,

И я пойму. Давно мечтал иметь

Такого друга. Мало в нашем доме

Тебе подобных душ —

Чьи струны тонки

И от дыхания звучат.

Сейчас нас клятва мести гонит прочь,

Давай по-братски в хаосе сражений

Держаться вместе; будь всегда со мной.

Йоханн

— Против кого?

Оттокар

А этот гроб? Забыл?

Наш враг — весь нечестивый дом Сильвестра.

Йоханн

О Боже, да не взыщешь за хулу

На ангелов с него!

Оттокар

Ты одурел?

Йоханн

Я должен, Оттокар — да, до конца

Признаться в страшном должен — тайну в сердце

Не удержу — так грешных духов гроб,

Замки и своды удержать не могут. —

Оттокар

Да ты меня пугаешь. Продолжай!

Йоханн

Тебе и лишь тебе могу я верить:

Я в этом замке как христианин

В языческом святилище — меня,

От страха обмершего, дикари

К кровавой пасти идола влекут —

Ты с человеческим лицом один,

Как среди мавров к белому, к тебе

Я обращаюсь — ведь под страхом смерти,

Кроме тебя, заказано здесь всем

Знать имя божества, которым я

Пленён. —

Оттокар

О Боже! — Всё-таки я прав?

Йоханн

Она.

Оттокар испуганно

Кто?

Йоханн

Ты же понял.

Оттокар

Понял что?

Хоть слово я сказал? А обмануться

Не может человек? Лицо — шарада

Дурная: сложится во что угодно;

Ты поспешил с разгадкой. Покрывало

Ты не от Агнес получил, конечно —

Ведь правда, не от Агнес Шроффенштайн?

Йоханн

Да говорю же: от неё.

Оттокар

О Боже!

Йоханн

Когда её известие прогнало,

Что я из Росица, я шёл за ней

Почти до Варванда, и там мне это

Не раз, не два, а десять подтвердили.

Оттокар

Друг дорогой, утешь меня.

Прислоняется к плечу Йоханна. Входит Йеронимус.

Йеронимус

Пришлось

К тебе вернуться, мненье поменяв,

Чтоб ты не думал дурно обо мне,

Чтоб лучше думал, если только можешь. —

Задача, видит Бог, не из приятных.

Забудем, Оттокар. Поверь мне, я

Не ведал ничего об этом деле.

Пауза; поскольку Оттокар не поднимает глаз.

Не веришь — ладно, пусть. Не собираюсь

Перед тобою распинаться. Если

Тебе не жаль так думать обо мне,

Я, видит Бог, об этом не жалею.

Оттокар рассеянно

Йеронимус, о чём ты?

Йеронимус

Я знаю, почему ты мне не веришь.

Да, правда, отрицать не собираюсь:

Я выбрал эту девушку в невесты.

Но прежде, чем с убийцей породнюсь,

Я лучше герб свой палачу отдам.

Оттокар внезапно бросается Йеронимусу на шею.

Йеронимус

Да что случилось, Оттокар? Что вдруг

Тебя так сильно взволновало?

Оттокар

Руку!

Всё прощено.

Йеронимус

— Ты плачешь? Почему?

Оттокар

Пусти, мне надо выйти.

Оттокар быстро уходит; остальные следуют за ним.