* Перепёрто самостоятельно, ничей копирайт не пострадал.
Третье явление
Герман, Вольф, Тюскомар, Дагоберт и Селгар садятся на скамью из дёрна за каменный стол перед охотничьим домиком.
Герман
Друзья, садитесь! И пустите чашу
По кругу, чтоб усталость разогнать.
Охота — праздник, но ещё нужней
Нам этот светлый миг в конце,
Её венец и настоящий праздник!
Мальчики наливают ему вина.
Вольф
О если б вскоре мы смогли
Другой триумф отпраздновать и лучший!
Как меткою стрелой Туснельды тур убит,
О Герман! так могли бы мы напрячь
Железный лук войны и вместе
Стрелою битвы лоб пронзить когортам римским,
Пришельцев насмерть поразить, кругом обсевших
Родные нам германские поля!
Тюскомар
Слыхал, что у меня стряслось?
Как договор нарушил Вар коварный,
Нагнав мне римлян полную страну?
Подумай: фриза Хольма, друга
Ближайшего, когда ему недавно Август
Затеял мстить, — я, чтобы избежать
Вторженья легионов, бросил
На растерзанье Августу его.
Клянусь, пока война на Эмсе бушевала,
Не поддержал его ни словом я,
Ни взглядом; Герман, за лицом
Своим следил я при посланнике Кальпурне,
Чтоб скорбь в моих чертах за свояка
Погибшего не смела заступиться;
Теперь украли у меня
И плату даже, что назначили за трусость:
В Сигамбрию вошёл с войсками Вар,
И, словно Августу я враг,
Захватчики творят в ней всё, что им угодно.
Герман
Я слышал новость, Тюскомар.
Я говорил с гонцом, привезшим
Тебе её из дома только что.
Тюскомар
Итак — каков твой вывод? Свевский князь
Марбод, до власти жадный, из Судет —
Страны далёкой меж Дунаем
И Одером — явился покорить
Германию победоносно;
Так он сказал и вот уже стоит
На Везере с войсками, на восточной
Границе царства твоего, и дань
Потребовать с тебя уже успел он.
А сколько раз лукавый Вар
Тебе когорты в помощь предлагал?
Он даже слишком ясно дал понять,
Что хочет водрузить орла среди херусков;
Ты за порогом злых гостей держал
Лишь крайней хитростью пока,
Лишь высочайшим мастерством правленья.
Теперь продвинулся до Липпе он,
И у него три легиона;
Грозит он с запада твоей стране;
Вар скажет имя Августа — и ты
Его во все селенья пустишь:
Ты больше помешать ему не в силах.
Герман
Ты, точно, прав: так туго никогда
Мне до сих пор ещё не приходилось.
Тюскомар
Чтò туго — небом поклянусь,
Погиб ты, коль сейчас промедлишь! —
Мой славный друг, ты мною в этот угол загнан,
Я поступал бездумно, я глупил;
Теперь, конечно, у меня душа болит.
Да, с этими детьми обмана
Не надо было мира заключать мне,
Бороться надо было с этим Варом,
Как с волком, неотступно, беспощадно. —
Но прошлого не изменить, и пользы нет,
Сам знаешь, вечно о содеянном терзаться.
Вопрос, что ты решишь, что станешь делать?
Герман
Да! Друг! Об этом больше речи нет.
Я нахожу после всего,
Что выгодно мне то же, что и Вару;
Настаивать он будет — значит,
В своих владеньях я его приму.
Тюскомар изумлённо
В твоих владеньях — что?
Дагоберт
Его ты примешь? —
Селгар
По настоянью Вара впустишь римлян?
Тюскомар
Безумец! Ты подумал ли сперва? —
Дагоберт
Зачем?
Селгар
И почему?
Дагоберт
Какой тут смысл?
Герман
Защита от Марбода, очевидно:
Он хочет, чтоб я дань ему платил.
Тюскомар
Защита от Марбода! Разве,
Несчастный, ты не знаешь, что его
Против тебя настраивает Вар,
Оружье, деньги шлёт Марбоду,
Прислал ему и полководцев,
И те его коварно учат,
Как над тобой одерживать победы?
Герман
Друзья, пусть не заботит вас моё
Благополучье! Воданом клянусь,
В пределах, до каких дошла
Рать мыслей у меня, мир заполняя,
Хочу и добиваюсь я
Лишь одного — от римлян пораженья.
Со славой получить его хочу,
Ведь, братья, я германский князь;
Чтоб взять его всё, полной мерой, точно,
Как вольной видится оно душе —
Один пойду, не стану с вами —
У вас желаний много и других —
Объединяться в этом важном деле.
Дагоберт
Ну, норнами клянусь! так хочешь ты
От римлян пораженья — ?!
Смеётся.
Селгар
Да, не скажешь,
Чтоб цель высокую избрал Арминий!
Герман
Так! —
Сложи вы вместе остроумье ваше,
Вам этой цели не достичь,
Которая, как мните вы, под носом.
Представьте, господа, что вы
(На что вы не сподвигнетесь вовек)
Союзники и встали против Вара;
В долинах он, среди болот,
А вы на скалах в поясе лесов;
Подарит, Селгар, Дагоберт, тебе
Твой берег Липпе добрый Вар —
Клянусь ягою рыжей, тут же вы,
На римлян плюнув, всё забыв,
Друг в друга вцепитесь, как пауки.
Вольф примирительно
Невысоко ты ценишь нас, дружище!
Союзники не по нутру
Тебе, похоже, а не сам союз.
Герман
Простите, славные мои друзья! —
Поверьте, я назвал вас так не только, чтобы
Обиду вежливостью погасить.
Взыскательное время испытует
Людей сурово; многих лучшими я видел,
Чем этот миг показывает их.
И если бы я что-то собирался
Завоевать, то был бы рад вступить в союз
С мужами, что меня здесь окружают;
Однако, раз намеренье моё
Всё потерять — такая цель
Союзы исключает, вот в чём суть:
Мне одному придётся воевать,
Со мною вместе будет только бог.
Тюскомар
Друг, извини, а почему
Так неизбежно наше пораженье?
Пусть это сделать нелегко,
Но разве мы не сможем, если снова,
Как в старину, объединимся, битву
Весёлую устроить и прогнать
Орлов латинских из своей отчизны?
Герман
Нет, нет! В том всё и дело! Тюскар, вы
Погибнете, поддавшись заблужденью!
Германия потеряна уже,
Сигамбров трон, херусков, хаттов, марсов —
Уже не наши, и наследник
Назначен, Гертою клянусь! Теперь [1]
За нашим отреченьем только дело.
Как вам на ум пришло сразиться с войском Вара?
К вам ополченцы из лесов сбегутся,
Их, господа, на стройную когорту
Вы думаете двинуть, на ряды,
Хранящие повсюду бодрый дух?
Скажите сами, чем вам защищать отчизну,
Помимо собственной груди
Да утренней звезды? А враг придёт как раз
В доспехах и с железными мечами,
Со всей наукою военной,
Какой набрался, покоряя мир.
Не миновать, друзья, медведю пораженья
От льва подвижного, и вам
Не миновать его от римлян в битве.
Вольф
Считаешь, Лаций благодатный породил
Сверхчеловеков, чтоб они
Повелевали нашим грубым братом?
Герман
Хм! Что ж, в определённом смысле да.
У немца больше, думаю, талантов,
Но италиец лучше разработать
Сумел свои немногие пока.
Когда, как барды нам поют,
Под скипетром одним все люди
Объединятся, можно их царём
Представить немца, галла и британца,
Кого угодно — только не его,
Не уроженца Лация, уж точно!
Свою лишь понимать и чтить
Натуру может он, но не чужую.
В конце концов мы к этому придём;
Но до того, как волны всех народов,
Которые пока что буря рвёт,
Улягутся, легко случиться может,
Что ястреб съест птенцов орла,
Ещё беспёрых и в гнезде
До срока спящих на вершине дуба.
Вольф
Так, значит, правда сдался ты судьбе
И шею клонишь под ярмо
Латинское, что Вар принёс,
Не оттолкнёшь его хотя бы пальцем?
Герман
Избави Водан! Сдаться! Вы в уме?
Моё именье, дом и двор, и всё,
Чем я владел и что пока
Держу в руках, утратив, — этим всем, друзья,
Рискну и только смерти это,
Как Порос, уступлю в обмен на славу! [2]
Мне сдаться! — Маною клянусь, такую [3]
Войну я запалю, что с треском
Германию, как сухостой, охватит
И, вспыхнув, небо подпалит она!
Тюскомар
А всё же, брат, тебя не разберёшь.
Ты не надеешься, что спор
Народов принесёт тебе победу?
Герман
Ничуть, друзья, поверьте мне.
Забочусь лишь о способе, как быть
Разбитым на своих условьях. —
Я был бы сумасшедшим дураком,
Себе и войску, что веду на смертный бой,
Позволив отвести от мрачной правды
Глаза и к ярким образам побед
Их обратить, чтоб всё-таки однажды,
Когда придёт опасный миг
Решения, чудовищную правду
Вблизи увидеть, вдруг столкнувшись с ней.
Нет! Шаг за шагом край отцов великих стану
Терять — над каждой речкою лесною
Мост золотой я возведу
И стану в каждой битве представлять,
Как удалюсь в последний уголок страны;
И будет мой триумф почище
Триумфов Мария и Суллы, [4]
Когда — спустя немало лет, конечно —
Под сенью Воданова дуба я с друзьями
У камня пограничного сподоблюсь
Героев смерть прекрасную принять.
Дагоберт
Ах, Стикс подземный! —
Селгар
Но сознайся, брат,
Недалеко ведёт подобный путь.
Дагоберт
Как разъярённый лев, он восстаёт —
Зачем? Чтоб пятиться потом, как рак.
Герман
Недалеко? Хм! — Так я не сказал бы.
До Рима, господа! коль повезёт мне,
Дойду; а если, Селгар, Дагоберт,
Не сам, в чём усомниться я готов,
То, смею думать, кто-нибудь из внуков,
Пока что спящих в этой паре чресл!
Вольф обнимает его
Друг славный, дивный, удалой — !
Люблю тебя. — Так выпьем за него!
Да здравствует освободитель немцев!
Герман высвобождаясь
Короче, если вы, как сказано, готовы,
Жён и детей своих собрав,
Отправить их за Везер, всю посуду
Свою из золота и серебра
Пустить на переплавку, камни, жемчуг
Продать и заложить, долины
Опустошить и скот забить готовы,
Свои селенья сжечь — тогда я с вами —.
Вольф
Как? Что?
Герман
Так вы готовы или нет?
Тюскомар
Нам собственные разорить долины — ?
Дагоберт
Стада порезать — ?
Селгар
И спалить дома —?
Герман
Нет? Нет? Не станете?
Тюскомар
Неистовый, ведь мы хотим войны
Единственно, чтоб защитить всё это!
Герман обрывая разговор
Я думал, чтоб свободу защитить.
Встаёт.
Тюскомар
Что? — И свободу, да —
Герман
Прошу прощенья.
Тюскомар
Куда ты?
Селгар
Что случилось?
Герман
Господа,
Вы слышали: тут я вам не помощник.
Дагоберт поднимается
Позволь тебе напомнить...
Герман кричит за сцену
Хорст! Коней!
Селгар тоже поднимается
Постой! Послушай! Ты не так нас понял!
Все князья поднимаются из-за стола.
Герман
Жду вас к себе обедать, господа.
Уходит; роговая музыка.
Вольф
Германия, родная! Кто спасёт,
Когда сын Зигмара, герой, спасать не хочет!
Все уходят.
= = = = = = =
[1] Герта (Hertha): имя древнегерманской богини плодородия Нерты неверно прочли в XIX в.
[2] Порос (по-гречески) — индийский раджа, до последнего сражавшийся с войсками Александра Македонского. Однако Порос не погиб; по легенде, Александр спросил его, чего он желает для себя, и тот ответил — чтобы ты обращался со мной как с царём; Александр учтиво ответил, что это он сделает ради самого себя, и повторил вопрос. Элегантная беседа завершилась возвращением Поросу его владений с прибавлением некоторых смежных территорий.
[3] Мана: этого мифологического персонажа Кляйст взял, вероятно, из «Битвы Арминия» Клопштока, тот — из Тацита: прародитель Мана имел трёх сыновей, основателей германских племён херминонов, ингевонов и истевонов. К херминонам, согласно Плинию, относились среди прочих свевы и херуски. — У финнов Мана — царство мёртвых.
[4] Марий и Сулла: соперники в гражданской войне между партиями nobili и popolari. Марий выступал за народную партию, Сулла — за оптиматов. Марий много раз избирался консулом в 107–100 гг. до н. э., автор военной реформы. В 104 г. у него был триумф за победу над Югуртой; бил кимвров и тевтонов. В 87 г. захватил Рим. Сулла одержал победу над Митридатом VI в 86 году до н. э. В 88 г. был отстранён от верховного командования в пользу Мария, сторонники которого захватили Рим. Дальше они с Марием воевали, в 83 г. Сулла провозгласил себя диктатором.
Комментариев нет:
Отправить комментарий