* Перепёрто самостоятельно, ничей копирайт не пострадал.
Четвёртое действие
Явление первое
Росиц. Комната в
замке. Входят Руперт и Сантинг.
Руперт
Проклятье
власти, что её желанья,
Способные
легко перемениться,
Услужливые
руки превращают
Тотчас
в необратимые поступки.
Своими
же руками господин
Не
сделал бы десятой части зла.
Простая
мысль его беду рождает,
Последний
раб счастливее него,
Поскольку
не боится зло помыслить.
Сантинг
Я не
могу тебя учить, как править,
А ты
меня — как исполнять приказ.
До
тонкостей я службу знаю. Впредь
Велишь
тебя не слушать — что ж, исполню.
Руперт
Служить
мне! Слушаться! Ты рассуждаешь,
Как
новичок. Ты разве послужил мне?
Я должен
объяснять, что значит служба?
Да
польза, польза, вот что. — От твоей
Что
вышло, кроме гаденького чувства
Раскаянья?
Противно
мне; зачем
Я только
это сделал. — В общем, сам
Расхлёбывай:
ты сядешь в башню. —
Сантинг
Я?
Руперт
Как
выйдешь, так хороший лен получишь
В горах.
Входит Эсташ.
Руперт
встаёт, вполголоса Сантингу
Ты
понял. Через две недели.
Обращаясь к Эсташ.
Чего
тебе?
Эсташ
Я
помешала?
Руперт
Сантингу
Всё,
Иди! Ты
знаешь мою волю. Я
Пока
не раб и в замке не позволю
Другим
господ разыгрывать. Узда
Ещё в
моих руках; пускай остынут
И к ней
привыкнут, хоть бы об неё
Сточили
зубы. Под топор того,
Кто
первым на герольда поднял руку. —
Ты в
башню сядешь. — И ни звука, если
Жизнь
дорога! Ты, бунтовщик, приказ
Мой
исказил и волю господина
Использовал
во зло — но жизнь тебе
Дарю.
Свободен!
Сантинг уходит.
Обращаясь к Эсташ.
Что
тебе?
Эсташ
Супруг
И
господин мой —
Руперт
Если
собралась
Продолжить
речь, которую недавно
Тут
начала, то не трудись: ты видишь,
Сейчас
я слушать не настроен.
Эсташ
Если
Несправедлива
я была к тебе —
Руперт
Так я
ещё оправдываться должен?
Позвать,
быть может, челядь и при всех
Тебе
держать ответ?
Эсташ
О мой
супруг,
Жене
поверить в невиновность мужа
Легко,
тебе я руку поцелую,
Слезами
радости омою, если
Она
чиста от этого убийства.
Руперт
А люди
знают, как оно случилось?
Эсташ
Всё
очевидно. Сантинг натравил их.
Руперт
Не
понимаю сам, зачем к окну
Не
подошёл, когда ты позвала.
Мне
больно вспоминать.
Эсташ
Но всё
равно
Не
помогло бы. Он упал так скоро,
Что как
бы ты на помощь ни спешил,
Ты
опоздал бы. И народ совсем
Себя
не помнил, так что слов твоих
Не
услыхал бы.
Руперт
И,
однако, если
Я
показался бы —
Эсташ
Ну да,
возможно —
Камеристка
врывается и припадает к ногам Эсташ
О
госпожа, спаси! Будь милосердна,
О
повелительница! Ведь его
Убьют!
Спаси, не приноси нас в жертву,
Его,
меня!
Эсташ
Тебя?
В уме ли ты?
Камеристка
Мой
Фридрих первый по нему попал.
Эсташ
Да по
кому?
Камеристка
По
рыцарю, когда
Твой
муж велел его убить.
Руперт
Как,
я?
Да чёрта
с два. Затеял дело Сантинг!
Камеристка
встаёт
По
твоему приказу и затеял.
Руперт
Прочь,
ядовитая змея! Прочь с глаз!
Камеристка
Как ты
велел, так Сантинг всё и сделал.
Я слышала
сама, как ты ему
Приказывал.
Руперт
— Ты
слышала? — Сама?
Камеристка
Я в
нижнем зале за тобой стояла
И всё
до слова слышала, но ты
Ослеп
от гнева и меня не видел.
Со мною
двое слышали.
Руперт
— Ну
ладно.
Свободна.
Камеристка
Значит,
жизнь ему подаришь?
Руперт
Отсрочку
дам.
Камеристка
Благодаренье
Богу,
Тебе
спасибо, добрый господин!
Он
парень славный, за тебя рискнёт
Своею
жизнью.
Руперт
Ладно,
я сказал.
Свободна.
Камеристка уходит.
Руперт бросается в кресло; Эсташ подходит
к нему, пауза.
Эсташ
Милый
друг —
Руперт
Оставь
меня,
Эсташ.
Эсташ
Позволь
побыть с тобой. — Ведь чувство
Прекрасное,
которым ты взволнован,
Все
пятна может смыть: невинность падших —
Раскаянье.
Хочу его сияньем
Упиться,
потому что мне ни разу
Великолепней
ты не представал,
Чем в
этот миг.
Руперт
Я
жалок. —
Эсташ
Ты
считаешь,
Что
жалок. — Часто лучший миг всей жизни —
За
преступленьем следующий. Ты
Не
знаешь этого — и потому
Сейчас
великолепен. Человек
Всего
прекраснее, когда себя
Он
искренне дурным считает.
Руперт
Чтить
Меня
никто не может: сам себе
Я мерзок.
Эсташ
Осуждать
не смеют люди
Того,
кто сам себя приговорил.
Воспрянь!
Ведь глубина паденья меньше
Той
высоты, которой ты способен
Достичь,
воспрянув.
Руперт
Кто
же превратил
Меня в
такую мерзость? Ненавидеть
Его я
стану. —
Эсташ
Руперт!
Ты способен
Ещё о
мести думать?
Руперт
Как
иначе? —
Спроси-ка
лучше, жив ли я ещё?
Эсташ
Возможно
ли? Хотя бы этот миг
Не
оскверняй — не позволяй в тебе
Гнездиться
дьяволу, пока твоими
Глазами
смотрит ангел на меня.
Руперт
Тебе
напомнить, сколько зла Сильвестр
Мне
сделал? И всё это я прощу,
Как
бабскую обиду? Он убил
Мне
сына, только-то, и парня с ним,
Которым
я как сыном дорожил. —
Эсташ
Не
говори так! Если сожалеешь
О крови,
пролитой из-за тебя,
То
докажи — почтенье прояви
Хотя
бы после смерти к человеку,
Чьей
жизнью ты играл. Поклялся он:
Сильвестр
не виноват!
Руперт неподвижно
смотрит ей в глаза.
Он
непричастен
К
убийству Петера, как мы — к попытке
Убийства
Агнес.
Руперт
То ещё
сравненье!
Эсташ
А почему
бы нет, супруг? Ведь всё
Похоже,
вплоть до обстоятельств. Ты
Застал
у тела своего ребёнка
Предполагаемых
убийц, так было
И в
Варванде; ты их сразил, так было
И в
Варванде; они тебе солгали,
Как в
Варванде; как там, ты им поверил. —
Единственная
разница: Сильвестр
Тебя
считает невиновным.
Руперт
О,
Хитро
они перевернули всё
С ног
на голову, сделали меня
Истца,
ответчиком. — И, перед всеми
Убийцей
выставив, меня прощает
Он,
чтобы подлость довершить. —
Эсташ
О
Руперт!
Поганит
душу это подозренье,
В которую
закралось!
Руперт
Подозрений
Нет,
есть уверенность. Зачем иначе
Ему
меня оправдывать, когда
Всё
внешне ясно, если не затем,
Чтоб
так же я ему пошёл навстречу?
Не может
оправдаться и прощает,
Чтоб я
простил ему. — Наполовину
Хотя
бы пусть ему удастся подлость:
Убийство
на себя беру — и был бы
Доволен,
если б парень мой зарезал
Его
девчонку.
Эсташ
Девочку?
О Боже,
Ведь
ты ребёнка убивать не станешь?
Руперт
Две
ветви рода выросли так тесно,
Что
скоро ствол расколется.
Эсташ
упав ему в ноги
Прошу,
Не
трогай девочку — о, умоляю,
Во имя
сына, если дорожишь
Им и
его любовью и не хочешь,
Чтоб
он тебя навеки проклял — Агнес
Не
трогай! —
Руперт
Что
за странная идея?
Сын
проклянёт меня?
Эсташ
Вот я
призналась —
И на
коленях я тебя молю:
Во имя
первой ночи, мной тебе
Подаренной
за день перед венчаньем,
И нашего
единственного сына,
Последнего,
которым ты собрался
Пожертвовать,
хоть не рожал его,
Как я,
— молю: покончи с чёрной распрей,
Готовой
вырвать с корнем весь наш род.
Путь к
миру показал тебе сам Бог.
Друг
друга полюбили наши дети,
Есть
верные свидетельства тому. —
Руперт
Друг
друга полюбили?
Эсташ
Тайно
Бог
В горах
их свёл.
Руперт
В
горах?
Эсташ
Мне
рассказал
Йеронимус;
о, благородный! славный!
И
примиренье через свадьбу было
Его
идеей. Жертвуя собой,
Он
уступил невесту сыну друга. —
О,
выполни из уваженья волю
Покойного,
чтоб дух его во сне
Тебя
не мучил страхом. — О, прошу,
Благослови!
Целую со слезами
Твои
колени, истово целую
И эту
руку, до сих пор, увы!
Не
выполнившую тех обещаний,
Которые
дала пред алтарём;
Хоть
раз пусть сделает добро — подарит
Желанную
супругу сыну, пусть
Подарит
мир тебе и мне, всем нашим! —
Руперт
Я верно
понял, Оттокар и Агнес
Встречаются
в горах?
Эсташ
поднимается
О мой
Спаситель,
Что я
наделала?
Руперт
встаёт
Да,
важная подробность.
Свистит; являются
два слуги.
Эсташ
Возможно
ли? — Нет. Слава Богу, нет!
Такое
и для чёрта слишком гнусно. —
Руперт
слугам
С
прогулки граф вернулся?
Первый
слуга
Нет
ещё.
Руперт
А Сантинг
где?
Слуга
У
трупа.
Руперт
Проводи.
Уходит.
Эсташ
ему вдогонку
Послушай,
Руперт! Руперт! —
Все уходят.
Явление второе
Варванд. Комната в
замке. Входит Сильвестр, открывает одно
из окон и с признаками глубокого волнения
остаётся перед ним. Входит Гертруда и
приближается к нему, закрыв лицо.
Гертруда
Ты
знаешь?
Агнес
входит, ещё в дверях вполголоса
Мама!
Мама!
Гертруда оглядывается,
Агнес подходит к ней.
Знаешь
новость
Ужасную?
Жером убит.
Гертруда делает ей
утвердительный знак.
Он
знает?
Гертруда
поворачивается к Сильвестру
Сильвестр!
Сильвестр
не оглядываясь
Гертруда,
ты?
Гертруда
Не
знаю, как
Сейчас
настроен ты, мне надо много
Тебе
сказать.
Сильвестр
День
пасмурный, дождь, ветер,
Снаружи
всё в движенье. — Дух незримый
И мощный
в направлении одном
Всё
увлекает — волны, тучи, пыль. —
Гертруда
Сильвестр,
Ты
будешь слушать, если я скажу?
Сильвестр
Меня
тот парус беспокоит — видишь?
Качается,
попал в беду, не сможет
До
берега добраться. —
Гертруда
Но,
Сильвестр,
Послушай
новость о Жероме.
Сильвестр
Он —
Его не
стало —
Отворачивается.
знаю.
Гертруда
Знаешь?
Что же
Ты
скажешь?
Сильвестр
Много
не скажу. Тайстинер
Вернулся?
Гертруда
Ты
теперь начнёшь войну?
Сильвестр
Раз
враг известен.
Гертруда
Да,
теперь, наверно,
Придётся.
Если он казнил кузена
Безвинно,
то тебя не пощадит.
Все
ветви рода обрубить задумал,
Чтоб
ствол питал ему одну верхушку
И гнал
повыше.
Сильвестр
Знатное
лицо,
И даже
не герольда, а того,
Кто
прибыл, чтоб посредничать, как друг,
Отдать
— его отдать в отместку мне —
Народу
— —
Гертруда
Значит,
наконец ты понял,
Кто он
такой?
Сильвестр
Да, я
не понимал
Йеронимуса
— обвинил его
Сегодня
в соучастии, а он
Жизнь
отдал за меня. Он точно чуял,
Он знал
— и в Росиц не пустил меня,
Поехал
сам, хотя опасность та же
Его
ждала. —
Гертруда
А как
же? Ты так слепо
Был
предан Руперту, так защищал его,
Сердился,
если кто-то смел ему
Не
доверять — вот и пришлось Жерому
К нему
отправиться. —
Сильвестр
Ну,
успокойся:
Отныне
чувств не будет никаких,
Одно
желанье мести; я давно
Терпел
и тучею над ним висел;
Теперь
я молнией в него ударю.
Тайстинер
входит
Я снова
здесь, мой господин, привёл
С собой
всех пятерых твоих вассалов.
Сильвестр
быстро обернувшись
И где
они?
Тайстинер
Все в
нижнем зале. Трое,
Витина,
Паратцин и Мансо, взяли
С собою
тридцать человек.
Сильвестр
Вот
как? —
Сбылось
невысказанное желанье. —
Уйдите,
женщины.
Женщины уходят.
Но
если столько
В них
преданности видно, можно их,
Я
полагаю, сразу в ход пустить?
Тайстинер
Как лук
натянутый, мой господин:
Жером
убит, они рассвирепели.
Сильвестр
Погода
нам подходит. Он моей
Желает
головы — пусть потеряет
Сперва
свою. Нам тридцать человек,
Сказал
ты, привели; собрал я двадцать;
Учитывая
дух, ведущий нас,
Мы
войско целое — ну как, Тайстин?
Наведаемся
этой ночью в Росиц?
Тайстинер
Дай мне
из них пятнадцать, господин,
Ворота
выбью и тебя впущу.
Я знаю
замок, как барсучью нору:
Они ещё
не ждут от нас дурного,
Клянусь,
семь горожан там сторожат
Ворота,
как во время мира.
Сильвестр
Вот
И ладно.
Авангард бери. Стемнеет,
И
выступим. Ты первый вход захватишь,
Я следом,
и увидимся у тела
Жерома.
Сотворю по нём поминки,
Зажгу
ему свечу большую — Росиц.
Пошли
к вассалам!
Оба уходят.
Явление третье
Кухня в избе. Барнаба
у очага. Она помешивает в котле, под
которым горит огонь.
Барнаба
Сперва
отцу:
В могиле
покой: чтоб кощунники кости его
Не
смогли растащить!
Воскреснуть
легко: чтоб на звуки трубы головой
Он
могилу пробил!
И счастья
в раю: чтоб врата распахнулись и свет
Воссиял
для него!
Урсула
за сценой
Барнаба!
Барнаба!
Хорошо
ли мешаешь?
Барнаба
Да куда
уж лучше, двумя руками;
Могла
бы, и ноги пустила бы в ход.
Урсула
Но три
желания не произносишь. —
Барнаба
Ну,
знаешь! Если глух Господь, как ты,
Всё
бесполезно. — Потом и матери:
Во всём
процветанья: чтобы ведьминский глаз не
убил
Ей
телёнка в корове!
Здорового
тела: чтобы с тряпкой кровавой сгорел
Её рак
поскорее!
И жизни
посмертной: чтоб язык ей не высунул чёрт
На
приёме у Бога!
Теперь
для меня:
Полного
счастья: чтоб красавец на брачное ложе
Меня
дерзко увлёк!
Лёгких
страданий: чтобы —
Урсула
Барнаба!
Безобразница! Забыла
Цветочную
пыльцу и молочай.
Барнаба
Да нет
же, нет, всё положила. Стало
Так
густо, что уже стоит половник.
Урсула
А щучьи
неотложенные яйца?
Барнаба
Мне
вскрыть ещё одну?
Урсула
Нет,
погоди!
Сперва
цветки сирени приготовлю.
Слышь,
в кухню посторонних не пускай!
Как
следует размешивай, ты слышишь?
И говори
желанья!
Барнаба
Да,
конечно. —
Где я
остановилась? Счастья — нет,
Уже
проехали. А, вот:
Лёгких
страданий: чтобы плод ненаглядный без
мук
Из меня
изошёл.
Всё для
меня; остаётся желанье одно,
Милосердный
Господь, излечи мою мать!
Останавливается,
как будто устав.
Да,
Боже! — Счастье сладко, а иначе
Кто
стал бы муки горькие терпеть,
Чтоб
получить его? — Начнём с начала.
Сперва
отцу:
В могиле
покой: чтоб кощунники кости его
Не
смогли — — ой!
Она замечает Оттокара,
вошедшего при последних словах.
Оттокар
С котлом
беседуешь, малыш? Ты ведьма?
Прелестней
ведьмы не видал; готов
Поспорить,
ты вредить тому не станешь,
Кто
добр к тебе.
Барнаба
Пожалуйста,
уйди,
Мой
милый господин. Сюда нельзя
Другим,
и даже матери моей.
Оттокар
А почему
тебе-то можно?
Барнаба
Ну,
Не знаю.
Потому что я девица.
Оттокар
Да, в
этом поклянусь. А как тебя
Зовут,
девица милая?
Барнаба
Барнаба.
Оттокар
Вот
как? Красивее звучит твой голос,
Чем
имя.
Урсула
Эй,
Барнаба! Это кто
На кухне
говорит?
Оттокар делает
умоляющий жест.
Барнаба
О чём
ты, мать?
Урсула
Там ты?
Ты три желанья говоришь?
Барнаба
Да,
успокойся, да.
Опять принимается
мешать в котле.
Теперь
иди,
Мой
милый господин. Сказала мать,
Что нам
нечистый взгляд испортит кашу.
Оттокар
А чистый,
значит, кашу вам улучшит.
Барнаба
Нет,
этого она не говорила.
Оттокар
Ведь
это разумеется само.
Барнаба
Ну да,
и мне так кажется. Наверно.
Я мать
спрошу.
Оттокар
Зачем?
Самой ведь ясно.
Барнаба
Что ж,
только не мешай. Ведь в каше счастье,
Я говорю
над нею три желанья.
Оттокар
А что
в ней варится?
Барнаба
А
детский пальчик.
Ха-ха!
Теперь ты веришь, что я ведьма.
Оттокар
Де...
Детский пальчик?
Урсула
Эй,
Барнаба! Что ты
Смеёшься,
безобразница?
Барнаба
Уже
Нельзя
и посмеяться? Три желанья
Я говорю
и веселюсь.
Урсула
И то
Моё,
про рак?
Барнаба
Да,
да. И про телёнка.
Оттокар
Скажи-ка
— правильно я понял —?
Барнаба
Всё,
Хорош
болтать. Мне надо говорить
Желанья.
Отвяжись, иначе каша
Испортится,
и мать ругаться будет.
Оттокар
А знаешь
что? Вот этот кошелёк
Дай
матери, скажи, что он упал
К тебе
в очаг, и сразу возвращайся.
Барнаба
Вот
этот кошелёк? Но в нём же деньги. —
Оттокар
Да не
смущайся, матери отдай,
Но от
кого, не говори. Иди.
Барнаба
О
Господи, ты ангел?
Оттокар
Быстро
к ней!
И
возвращайся поскорее.
Мягко выталкивает
её в соседнюю комнату; возбуждённо ходит
туда-сюда.
Пальчик!
О, вот
бы это был мизинец! Вот бы
Мизинец
Петера! Неси, надежда,
Меня,
как на качелях, пусть душа
Потянется
блаженно, словно я
Закрыл
глаза, и по груди открытой
Скользит
тихонько ветер. — Как же мощно
Предчувствие
твоё стучится в сердце,
О
счастье! А тебя само, в избытке,
Как
вынесу? — Идёт! Сейчас решится!
Входит Барнаба, он
идёт ей навстречу и выводит её на
авансцену.
Теперь
скажи, откуда этот пальчик?
Барнаба
Мы с
матерью нашли его недавно.
Оттокар
Нашли,
и всё? А как?
Барнаба
Ну
хорошо,
Тебе
скажу, хоть мать и запретила.
Оттокар
Скажи
уж!
Барнаба
Мы в
горах искали травы,
У речки,
тут вода на берег нам
Ребёнка
вынесла, и, вытащив его,
Мы долго
бились над бедняжкой; только
Напрасно,
он не ожил. Вот тогда
Мать и
отрезала ему мизинчик;
Она
ведь знает в этом толк: добра
Он после
смерти может сделать больше,
Чем
взрослый целою рукой за жизнь. —
О чём
задумался?
Оттокар
О Боге.
Дальше
Рассказывай.
Ты с матерью — а кто
Там был
ещё?
Барнаба
Нет,
никого. Совсем.
Оттокар
Да ну?
Барнаба
Когда
мы палец отделили,
Из
Варванда явились двое, эти
Хотели
правый взять. В нём пользы нет.
Мы
смылись, больше ничего не знаю.
Оттокар
Достаточно.
Как откровенье свыше,
Необъяснимое
ты объяснила.
Ты этого
сейчас не понимаешь,
Но скоро
ты поймёшь. — И вот что: есть
Девица
в Варванде, к которой я
Добр,
как к тебе. Сегодня же хочу
С ней
говорить в пещере, ей известной.
Всё
просто: это Агнес, дочь хозяев.
Барнаба
Тебе
её позвать? Ну да, ей будет
Приятно
тоже.
Оттокар
И тебе.
Мы оба
Тебя
сумеем отблагодарить.
Но
скажешь ей сама, другим ни слова,
Что
юноша тебя послал, понятно?
Смекнула,
вижу. — Чтоб она тебе
Поверила,
держи платок, а вот
И поцелуй
для передачи ей.
Уходит.
Барнаба смотрит ему
вслед, вздыхает и уходит.
Явление четвёртое
Другая местность в
горах. Входят Руперт и Сантинг.
Сантинг
Здесь
он обычно ходит, как сказал
Мне
егерь. Я и сам его встречал
Здесь
дважды, очень возбуждённым. Если
В горах
он, то и Агнес там, и мы
Поймаем
их обоих.
Руперт
садится на камень
Очень
жарко,
Язык
засох.
Сантинг
Но
ветер с поля веет
Прохладный.
Руперт
Да, но
жар внутри меня.
Сантинг
Тебе
нехорошо?
Руперт
Нет.
Пить хочу.
Сантинг
Попей
из родника.
Руперт
Он
утолит
Мне
жажду?
Сантинг
Ну,
вода, по крайней мере,
Как
зеркало ясна. Попей!
Руперт встаёт, идёт
к роднику, склоняется над ним и внезапно
отшатывается с жестом отвращения.
Сантинг
Ты
что?
Руперт
Оттуда
смотрит дьявол.
Сантинг
со смехом
Отраженье.
Руперт
Там
вместо человека скорпион.
Садится.
Барнаба
входит
Дорога
в Варванд здесь, почтенный рыцарь?
Сантинг
Тебе
зачем, прекрасное дитя?
Барнаба
Я к
барышне с посланием.
Сантинг
Вот
как?
С тобой
пошёл бы, если и она,
Как ты,
красива. Что ж ты скажешь ей?
Барнаба
Скажу?
Нет, просто в горы провожу.
Сантинг
Уже
сегодня?
Барнаба
Ты
знаком с ней?
Сантинг
Меньше,
Чем мы
с тобой знакомы, и меня
Печалит
это меньше. — Так сегодня?
Барнаба
Да,
сразу же. — Так здесь дорога в Варванд?
Сантинг
А кто
тебя послал?
Барнаба
Кто?
— Мать моя.
Сантинг
Да? Что
же, это верная дорога,
Иди по
ней.
Барнаба
Храни
тебя Господь.
Уходит.
Сантинг
Ты
слышал, Руперт? Агнес будет здесь
Ещё
сегодня. Спорим, Оттокар
Послал
девчонку?
Руперт
встаёт
Пусть
хоть бог, хоть чёрт
Её в
силки мне кинет! Поспешили
Меня в
убийцы записать и рады. —
Что ж,
будь по-вашему, не возражаю. —
Ты
знаешь место их свиданий?
Сантинг
Нет,
Придётся
их выслеживать.
Руперт
Пойдём.
Оба уходят.
Комментариев нет:
Отправить комментарий